© Д. Паслер, канал в Мах
Год назад Денис Паслер официально возглавил Свердловскую область. Но в предвыборной гонке, распределении мандатов, в череде прогнозов, как итоги голосования повлияют на расстановку сил в регионе, губернаторская годовщина отошла на второй план. Между тем, за эти 12 месяцев Паслеру и его команде пришлось иметь дело с тем, что невозможно было заранее вписать ни в один управленческий план: ураган в Кушве, паводки, перебои с водой и бензином. Параллельно продолжались реформы в здравоохранении, работа с долгом и инфраструктурными проектами.
Что из этого действительно можно записать в актив губернатора, а что находится за пределами его возможностей? «Бизнес Журнал. Урал» предложил политологам оценить первый год работы Дениса Паслера. Представляем не отчёты о достижениях, а оценку жизнеспособности существующей власти через способность справляться с реальными вызовами.
Директор Центра Европейско-Азиатских исследований Андрей Русаков предлагает оценивать первый год Дениса Паслера прежде всего через те вызовы, которые оказались перед региональной властью. И здесь, по его мнению, важно учитывать следующее: далеко не все происходящее в экономике и социальной сфере находится непосредственно в руках губернатора.
«Региональные риски не являются геополитическими. Они являются слепком социально-экономической ситуации, на которую не всегда глава региона имеет инструменты воздействия», — отмечает Русаков.
В качестве примера эксперт приводит санкционное давление и высокую ставку рефинансирования. Из-за сокращения доступных денег некоторые компании отказались от планов модернизации, а значит, уменьшилось и количество заказов для предприятий.
«На это губернатор не может особо повлиять, потому что предприятия частные. Но он может влиять на решение социально-экономических вопросов в контексте медицинской, социальной сферы и тому подобного», — говорит политолог.
Отдельным вызовом Русаков называет демографию. По его словам, во время поездок по муниципалитетам его особенно поразила ситуация, когда при хорошо развитой социальной инфраструктуре попросту не хватает детей.
«В ряде муниципалитетов прекрасные детские сады, прекрасные школы — детей нет. Понимаете, это ведь тоже вызов. Не всё далеко зависит от губернатора», — говорит он.
Среди заметных направлений работы власти эксперт также выделяет государственный долг, новые этапы в развитии метро в Екатеринбурге и реформу медицинской системы. При этом последнюю он предлагает оценивать по конкретному результату — качеству медицинской помощи.
«Медицинская сфера — это суперпрофессиональная отрасль, где стороннему политологу разглагольствовать, наверное, очень сложно, потому что он может говорить только о настроениях. А самое главное — это оказание эффективной медицинской помощи, в том числе то, что скорая помощь приезжает быстрее, и так далее», — отмечает Русаков.
Еще одним серьезным испытанием для региона стал бензиновый кризис. Здесь эксперт вновь обращает внимание на ограниченность полномочий областной власти: в Свердловской области нет собственных нефтяных компаний, поэтому в ситуации дефицита региону приходится прежде всего договариваться с участниками рынка.
«Власти приходится сегодня договариваться, находить консенсус, в чём-то помогать», — говорит политолог.
При этом он предлагает разделять проблемы частного потребления и обеспечение работы государственных служб.
«Задача власти в отношении бензина немножко другая. Всё-таки разговор идёт о частном потреблении. Задача власти в том, чтобы были заправлены машины скорой помощи, полиции, государственных служб, пожарных и тому подобное — то, что связано с конкретными государственными полномочиями», — поясняет Русаков.
Именно здесь, по его мнению, проходит принципиальная граница ответственности региональной власти: если из-за отсутствия топлива перестанет работать скорая или полиция, это уже будет управленческим провалом.
При этом давать окончательную оценку губернатору спустя всего год, считает политолог, преждевременно.
Политолог, профессор кафедры политических наук УрФУ Анатолий Гагарин предлагает оценивать работу власти в моменты, когда привычная система сталкивается с серьёзными вызовами. Именно в форс-мажорных ситуациях, по его мнению, особенно хорошо видно, насколько управленческая команда способна быстро сосредоточиться на проблеме.
«Работа власти видна тогда, когда происходят какие-то проблемы, возникают форс-мажоры и необходима очень быстрая и эффективная концентрация усилий», — говорит Гагарин.
Таким показательным случаем он считает ураган в Кушве. По оценке эксперта, ситуация продемонстрировала, насколько руководство региона способно действовать сосредоточенно, системно и эффективно.
«Последний кейс, связанный с ураганом в Кушве, очень хорошо показал, насколько руководство умеет быть сосредоточенным, системным и эффективным», — отмечает политолог.
Гагарин обращает внимание и на то, что этот эпизод получил высокую оценку не только внутри региона. По его словам, кейс обсуждался и в других субъектах России.
«Они все очень высоко оценили эффективность нашего регионального управления. Было очень ценно мнение эксперта из Дагестана, поскольку они прошли через похожие ситуации», — рассказывает Гагарин.
По его мнению, опыт Свердловской области может быть востребован и за ее пределами.
«Я думаю, что это такой пример, который, безусловно, будет использован и масштабирован в масштабе страны, потому что мы в данном случае показали пример того, как можно и нужно решать такие сложные ситуации, связанные с разгулом стихии», — считает эксперт.
Но природные катаклизмы — не единственное, что Гагарин считает показателем первого года работы Паслера. В числе важных результатов он называет и формирование управленческой команды.
«Это касается и работы правительства, того, как губернатор выстраивает работу команды, как он привлекает специалистов — молодых, эффективных и опытных. Это тоже хороший пример, как нужно выстраивать команду людей, которые нацелены на результат», — отмечает эксперт.
По его оценке, это видно и по назначениям министров и вице-губернаторов, от которых требуется решать комплексные задачи и работать на конкретный результат.
Политолог, директор Центра «Аналитик» Андрей Мозолин среди главных испытаний первого года также выделяет природные чрезвычайные ситуации. Речь идет не только о Кушве, но и о паводках, затронувших север и восток Свердловской области.
«Даже если брать вот эти природные явления, они достаточно доказательны с точки зрения того, что без всякой паники, без суеты региональные власти начали работать», — считает Мозолин.
В качестве примера он приводит действия властей в Кушве.
«Мы по Кушве видели, насколько быстро и оперативно был создан штаб. Профильные министры, по сути дела, там в Кушве поселились. Та же история с тем, как взаимодействуют местные, региональные власти, МЧС и сопутствующие структуры по ликвидации последствий паводков», — говорит эксперт.
При этом Мозолин не считает правильным сводить работу губернатора к образу единоличного руководителя, который лично решает все возникающие проблемы. Система регионального управления устроена иначе: губернатор несет ответственность за происходящее в области, но работает через заместителей, министерства и другие структуры.
«Говорить о том, что вот прямо как герой на белом коне ворвался в битву и всех победил… — немножко по-другому всё. Понятно, что есть высшее должностное лицо, которое несёт ответственность за то, что происходит в области. Но он же всё-таки не один работает, у него есть заместители, профильные министерства и так далее», — поясняет Мозолин.
В сложной ситуации, по его словам, первоочередная задача власти — закрыть самые острые потребности людей: обеспечить жильем, едой, медицинской помощью, а уже затем заниматься восстановлением и, если необходимо, переселением.
Именно работа в таких ситуациях, считает Мозолин, стала одним из факторов, позволивших за первый год увидеть первые очертания команды губернатора.
«Один из результатов года Паслера — потихонечку определяются контуры команды», — говорит эксперт.
По его словам, для губернатора характерен достаточно осторожный кадровый стиль: он не делает резких движений, а сначала наблюдает за работой людей.
«У него стиль очень интересный: он никогда резких телодвижений, связанных с назначениями, отставками людей, которые у него работают, не делает, он присматривается. То есть если люди работают эффективно, если они в состоянии решать те или иные проблемы — ураганы, паводки и всё остальное, то почему не оставить их на работе?» — отмечает Мозолин.
Таким образом, первый год работы Паслера, по мнению эксперта, стал в том числе периодом проверки управленческой команды на практике.
«Сейчас у нас ещё одна реперная точка — это выборы 18–19–20 сентября. И я не исключаю, что после этого ещё будут какие-нибудь кадровые решения приняты», — говорит Мозолин.
Эксперт полагает, что перемены могут коснуться не только регионального уровня, но и местных органов управления, включая Екатеринбург.
Оценивая первый год Дениса Паслера на посту губернатора, эксперты предлагают смотреть на период широко: учитывать не только решения региональной власти, но и те возможности, которыми она располагает в каждой конкретной ситуации. Часть управленческих механизмов уже продемонстрировала свою эффективность и показала, как выстроена система управления регионом, тогда как другие направления оценивать рано — для полной картины требуется объективно больше времени.
«Единая Россия» получила 349 мест в Госдуме, став крупнейшей фракцией в истории партии. Спикером вновь избран Вячеслав Володин.
Мэр Екатеринбурга Алексей Орлов, возглавлявший Кировскую тергруппу, может перейти в Заксобрание или Совфед, стать спикером или сохранить должность главы города. Решение пока не принято.
«Единая Россия» получила 40 из 48 мест в областной думе Тюменской области, из них 16 мандатов по единому округу и 24 — по одномандатным округам.
